Что-то... как-то....????

[fatalist]

Петербургский размах: прописка в туалете за 1,1 млн рублей

В центре Санкт-Петербурга на платформе «ЦИАН» появилось необычное предложение. Продаётся помещение площадью 8 квадратных метров, которое продавец прямо называет «туалет с пропиской». Стоимость лота — 1 миллион 100 тысяч рублей.

За эти деньги покупатель получает два маленьких помещения без окон в историческом центре города. В объявлении особо подчёркиваются преимущества:

возможность постоянной регистрации (той самой, за которой многие гоняются годами);

парковка в центре — всего 1 800 рублей в год (для Петербурга это вообще фантастика);

собственный унитаз в комплекте;

коммунальные платежи — около 600 рублей в месяц.

Автор объявления честно предупреждает: объект не рассчитан на проживание. Ранее его сдавали под склад за 8 000 рублей в месяц. Также продавец видит потенциальное коммерческое использование — например, открыть там кабинет маникюра.

К слову, это не единичный случай безумия на рынке недвижимости. Напомним, что ранее в подмосковном Одинцово сдавалась в аренду неотапливаемая лоджия площадью 10 квадратных метров на 13-м этаже. В ней есть свет, шкаф, стол, стулья, и владелец не против жильцов с детьми и животными.

А теперь — с иронией

Казалось бы, ну что тут такого? Рынок есть рынок. Но давайте посмотрим правде в глаза: мы живём в эпоху, когда «купить угол» становится всё более буквальным выражением.

Восемь метров без окон. То есть это даже не студия и не квартира-«распашонка». Это, простите, два совмещённых санузла без естественного освещения. В нормальном мире такое помещение называют подсобкой. В Петербурге — «объектом с пропиской».

Продавец, кстати, молодец: маркетинг на высоте. Вместо скучного «кладовая 8 кв. м» — «туалет в центре с регистрацией». Сразу чувствуется размах: не просто сортир, а петербургский сортир с парковкой и юридическим адресом.

Особенно умиляет совет открыть там кабинет маникюра. Представьте: вы приходите к мастеру, садитесь в кресло, а рядом — унитаз. И нет окон. Зато низкая аренда. Ну и клиент, наверное, будет максимально быстро соображать, чего он хочет от дизайна ногтей, потому что дышать там долго не получится.

Но если серьёзно (хотя какой тут серьёз?), за этим объявлением стоит старая как мир проблема: прописка как товар. Люди готовы выложить миллион не за бетон и трубы, а за штамп в паспорте. Возможность «легально» оказаться в Петербурге, получить полис ОМС, записать ребёнка в сад или просто перестать бояться участкового.

Иронично и грустно одновременно: рынок недвижимости окончательно отделил понятие «жильё» от понятия «регистрация». Вы можете спать в машине или в той самой лоджии в Одинцово, но официально «жить» — в туалете без окон. Удобно? Нет. Работает? Да.

Кстати, дизайнер Артемий Лебедев недавно напоминал, что прописка (регистрация) есть не только в России. Но вот таких предложений — с унитазом в качестве якорного бонуса — за рубежом почему-то не встречается. Видимо, не хватает предпринимательской жилки.

В общем, если у вас есть лишний миллион и чувство юмора — дерзайте. Говорят, из соседнего сортира слышно, как играет орган в Казанском соборе. Или это ветер в трубах?

P.S. А пока кто-то думает, продавец уже, наверное, получает предложения от любителей пощекотать нервы и коллекционеров необычной недвижимости. В конце концов, это не просто туалет. Это петербургская легенда с унитазом. И пропиской.

[fatalist]

«Отменяли и будем отменять»: как Прокуратура и Следственный комитет борются с «судом присяжных» из-за оправдательных приговоров

В российской правовой системе назревает новый виток противостояния, в центре которого оказался один из самых демократичных институтов — суд присяжных. Прокуратура и Следственный комитет (СКР) открыто выражают недовольство работой народных судей, и причина этого недовольства кроется в цифрах, которые бьют по репутации силовых структур.

Речь идет о беспрецедентно высоком количестве оправдательных приговоров.

В то время как профессиональные судьи выносят оправдательные приговоры в сотых долях процента, присяжные делают это в разы чаще, что вызывает яростное сопротивление со стороны обвинительной власти.

Статистика, которая раздражает следствие.

Цифры говорят сами за себя.

По итогам 2025 года суды присяжных вынесли 575 обвинительных и 249 оправдательных вердиктов.

Для сравнения: в судах общей юрисдикции доля оправданий стремится к нулю. Такая статистика не может не впечатлять, но именно она стала главным раздражителем для прокуратуры и следствия. Проблема усугубляется тем, что практически каждый оправдательный вердикт оспаривается обвинением.

В результате более двух третей (а в некоторых регионах — до 99%) оправдательных решений присяжных отменяются вышестоящими судами. Этот механизм отмены стал настолько предсказуемым, что ставит под сомнение сам смысл существования института народных судей. Люди тратят свое время, вникают в сложные уголовные дела, чтобы вынести вердикт, который с вероятностью 70-90% будет аннулирован по формальным основаниям. Это приводит к тому, что граждане теряют веру в правосудие и неохотно идут исполнять свой гражданский долг.

Формальные поводы и реальное сопротивление

Основные причины отмены вердиктов носят процедурный характер: незаконное воздействие на присяжных, нарушения при формировании коллегии, неясный или противоречивый вердикт, нарушение порядка замены выбывших заседателей. Однако критики системы утверждают, что за этими формальными поводами скрывается реальное нежелание прокуратуры признавать поражение. Для представителей силовых структур суд присяжных превратился в «суд толпы», где непрофессионалы из жалости или под влиянием эмоций оправдывают явных преступников.

Ярким примером служит недавнее резонансное дело стюардесс, которым подбросили наркотики. Присяжные дважды выносили оправдательный вердикт. И каждый раз прокуратура находила формальные зацепки в процессуальных тонкостях, чтобы оспорить решение и вернуть дело на новое рассмотрение. Только стойкость защиты и общественный резонанс позволили довести дело до конца и поставить точку в истории несправедливого преследования.

Позиция Генпрокуратуры и СКР: «Отменяли и будем отменять»

Позиция Генеральной прокуратуры и Следственного комитета в этом вопросе остается непреклонной. Они выступают категорически против любых инициатив, направленных на защиту оправдательных приговоров от отмены. Когда Министерство юстиции РФ по поручению президента разработало законопроект, исключающий отмену оправдательных приговоров по формальным основаниям, силовые ведомства выступили его главными противниками.

В частности, законопроект предлагал запретить обжаловать оправдательный приговор «по мотиву вынесения незаконным составом коллегии», если одна из сторон знала о препятствиях для участия лица в деле, но своевременно не сообщила об этом. Эта норма выглядит логичной и справедливой, но Генпрокуратура и СКР ее не поддержали. Их посыл, по мнению наблюдателей, звучит недвусмысленно:

«Отменяли оправдательные вердикты и будем отменять». Любые попытки реформировать систему в сторону гуманизации встречают глухую стену сопротивления.

Защитники института: Адвокаты и правозащитники

На противоположной стороне баррикад находятся Федеральная палата адвокатов (ФПА), Совет по правам человека (СПЧ) и независимые юристы. Они приветствуют инициативу Минюста, называя ее большим прорывом. По их мнению, институт присяжных — это единственная реальная форма участия гражданского общества в отправлении правосудия и последняя надежда на справедливость для обвиняемых.

Особенно актуален этот институт становится на фоне снижения уровня профессионализма следствия и стандартов доказывания в обычных судах. Как выразился известный адвокат Генри Резник на Петербургском международном юридическом форуме, именно благодаря суду присяжных в России утвердился принцип презумпции невиновности. Кроме того, статистика показывает, что сами обвиняемые не так уж и стремятся к суду присяжных: правом ходатайствовать о нем пользуются менее 10% лиц, имеющих на это право. Это опровергает миф о том, что присяжные оправдывают всех подряд — преступники сами избегают этого суда.

Исторический контекст и пути решения

Традиция участия народа в правосудии уходит корнями в глубокую древность. Еще в XI веке, согласно «Русской Правде», в судах заседали 12 «судных мужей», что историк Николай Карамзин называл не иначе как судом присяжных. Это национальная правовая традиция, которая сегодня нуждается в защите от бюрократического давления.

В качестве альтернативы полному упразднению института обсуждаются варианты его реформирования. Например, переход к гибридной модели (как в Италии или Германии), где профессиональный судья и присяжные образуют единую коллегию для решения всех вопросов дела. Также звучат предложения запретить отмену вердикта, если он был вынесен единогласно, или ограничить возможность повторного оправдания по одному и тому же делу.

Пока же борьба продолжается. Силовики видят свою задачу в сворачивании института присяжных, а Минюст и правозащитники — в его спасении от формализма и обвинительного уклона.

[fatalist]